Тема

История возникновения казачества в городе Астрахань

 

 

Возникновение казачества в городе Астрахани.

Как это было....

 

             История Астраханских казаков начинается со второй четверти XVIII в. Находившиеся в Астрахани армейские части были не в состоянии прикрыть обширные степные пространства от набегов казахов и «закубанских татар», грабивших русских поселенцев и российских подданных - калмыков и ногайцев.

В декабре 1736 г. астраханский вице-губернатор Ф.И. Соймонов доносил коллегии иностранных дел следующее: «...известно, что здесь за расходами регулярных (войск) малое число, а нерегулярных не имеется... не употребить ли здесь имеющихся крещеных калмык, купя им от казны лошадей и военное оружие, до 300 человек...».

4 января 1737 г. Сенат издает указ коллегии иностранных дел: «...для охраны калмыцких улусов от намеренного каракалпацкого нападения употребить ныне в службу имеющихся при Астрахани крещеных калмык до трехсот человек. И для лучшей их к тому охоты и чтобы ревностнее служили, для их скудности, дать им в награждение по усмотрению, без излишества, также и лошадей и ружья купить из казны по рассмотрению же и на окое все деньги держать из астраханских доходов...».

Командиром был назначен А.Н. Слободчиков, выходец из астраханских стрельцов. 3 сотника, 6 урядников и 12 капралов были набраны из красноярских казаков. Команда получила 6 малых полковых знамен стрелецкого Зажарского полка из желтой материи с изображением в левом верхнем углу черного кабана на горящем костре.

Идея привлечь к службе калмыков была не самой удачной, поскольку сам строй их жизни в начале XVIII в. был чужд оседлости и элементарным понятиям воинской дисциплины. Команда была сформирована в мае 1737 г., а к сентябрю 150 калмыков сбежали. На январь 1739 г. в команде числилось всего 107 человек. В результате появляется следующее предписание: «...для лучшего удержания от побега , ...за ними (калмыками) смотрение иметь сотникам и капралам русским, а лошадей их и скот велеть пасти в одном месте табуном, и к ним в караул употреблять половину из русских, а другую из них...».

С 1743 г. команда стала пополняться казаками преимущественно из русских. Служба стала наследственной с 16-ти летнего возраста.

В ноябре 1748 г. Сенат на основание донесения Астраханской губернской канцелярии, где говорилось о приеме в казачью команду 20-ти выходцев из донских казаков, 3-х самарских казаков и одного малороссиянина, постановил: «...ежели впредь таковые ж из разных мест сходцы являться и показывать о себе казачьими детьми будут... и буде по справкам явится, что подлино казачьи дети, таковых в казачью службу определять...».

Однако значительные малозаселенные пространства Нижней Волги требовали для своей защиты более многочисленного воинского формирования.

28 марта 1750 г. вышел указ Сената о преобразовании трехсотенной команды в казачий полк.

Помимо знамен, доставшихся полку от команды, он получил и печать, на которой под короной и саблей (воспроизведение астраханского герба) был изображен скачущий влево казак, натягивающий лук. По краю шла надпись: «Печать Астраханского казачьего конного полку».

За службу казаки получали денежное и натуральное жалование.

Астраханское казачество представляло собой достаточно пестрый состав как по национальной принадлежности, так и по социальному происхождению.

В 1766 г. из 536 казаков, включая офицеров, большинство представляли выходцы с Дона (185 человек), собственно астраханские казаки (103 человека), выходцы из различных городовых команд и казачьих войск (73 человека) волжские казаки (46 человек). Остальные представляли из себя малочисленные группы, не отражающие какие-либо особенности общего состава Астраханского казачьего полка. Спустя 12 лет (в 1778 г.) общая картина в принципе осталась прежней за исключением того, что в казачьем полку возросла доля собственно астраханских казаков до 141 человека при общем сокращении численности полка на 12 человек. К этому времени уменьшилась доля выходцев с Дона, а что касается других групп казаков, то среди них больших изменений не произошло. Это свидетельствует о том, что собственно астраханское казачество обретало самостоятельный статус. Следует, кстати, заметить, что в некоторых исследованиях резко завышены сведения по количественному составу в Астраханском казачьем полку казаков калмыцкой национальности.

Несмотря на известную многочисленность казачьих формирований на Нижней Волге значительные пространства от Царицына до Астрахани были крайне слабо прикрыты различными кордонами.

           В 1764 г. Астраханский губернатор Н.А. Бекетов писал в Военную коллегию: «Астраханского казачьего полка казаки и старшины, беспрерывно употребляемые в почтах и форпостах, немалые разорения имеют... полезно их на те места и форпосты поселить... определив над ними командиров из их старшин... где будучи на одном месте домами заведутся, а работою своею в свободное от службы время в лучшее состояние придут». В новых поселениях предполагалось помимо казаков поселить и калмыков, тем более, что в 1763 г. старшина Замьян изъявил желание поселиться с подвластными ему людьми в городке на Волге. Замьяну было отведено место в урочище Крымский затон. Предполагалось поселить здесь и казаков, чтобы они обучили калмыков навыкам оседлой жизни. В течение 1765-1766 гг. было основано семь станиц от Царицына до Астрахани - Грачевская, Ветлянинская, Копановская, Косикинская, Сероглазинская, Замьянская, Лебяжинская. В 1785 г. были основаны Городофорпостинская (с 1893 г. - Атаманская) и Дурновская станицы. На Кизлярском тракте также была попытка основать две станицы, однако она оказалась неудачной из-за недостатка удобных земель.

70-80 гг. XVIII в. ознаменовались реформами административно-территориального деления в России, что косвенно затронуло и астраханское казачество. В 1785 г. было образовано Кавказское наместничество в составе Астраханской и Кавказской областей с центром в городе Екатеринограде. Еще в 1776 г. будущий кавказский наместник П.С. Потемкин по ознакомлении с подвластной ему территорией обратился на Высочайшее имя с докладом, в котором сетовал на слабую защищенность территории от Моздока до Азова и просил переместить туда волжских казаков с Терека, укрепив их другими казачьими формированиями, объединить в один корпус и именовать Астраханским казачьим войском. Хотя доклад был высочайше утвержден, было бы неверно считать 1776 г. началом Астраханского казачьего войска. Кроме названия, казачьи формирования от Волги до Кавказа ничто не объединяло. Не существовало ни единых управленческих структур, ни какого-либо положения о новом войске. Астраханские казаки попрежнему находились в подчинении астраханского губернатора и губернской военной экспедиции, никоим образом не связанных с воинскими формированиями на Кавказе далее Кизляра. В силу однородности службы в Нижневолжском крае, а также по причине частого прохождения службы казаками различных команд в одних и тех же пунктах, к Астраханскому казачьему полку начинают присоединять ранее самостоятельные формирования. В 1784 г. с Астраханским казачьим полком была соединена Енотаевская команда; в 1786 г. - Черноярская и Красноярская; в 1801 г. - Царицынская, Камышинская и Саратовская. Остатки волжских казаков были присоединены к Астраханскому полку в 1804 г.

Увеличение численности казачьего полка, причем за счет включения команд, весьма отдаленных от Астрахани, требовало организационных преобразований. В сентябре 1806 г. астраханский гражданский губернатор Тенишев обращается к главнокомандующему на Кавказе и астраханскому военному губернатору Зудовичу с предложением приписать к Астраханскому казачьему полку всех казаков астраханской округи, преобразовав его в три самостоятельных полка. Одновременно был поставлен вопрос об увеличении численности чинов всех званий, обеспечивающих командование и управление каждым полком. Вопрос был решен положительно. Новообразованные полки получили наименования 1-го, 2-го и 3-го Астраханских и к ним было приписано определенное число станиц и команд. К Первому Астраханскому полкустаницы Казачебугорная, Городофорпостовская, Дурновская, Лебяжинская, Замьяновская, Сероглазинская, Косикинская и Красноярская команды. Ко второму Астраханскому полку - станицы Копановская, Ветлянинская, Грачевская и команды Енотаевская, Черноярская и Царицынская. К третьему Астраханскому полку - команды Дубовская, Камышинская и Саратовская. Таким образом, административно полк был разделен на три округа. С разделением на три полка анахронизмом становится общее их наименование «Астраханский казачий полк», да и возросшая численность казаков требовала серьезной организационной перестройки. В 1817 г. создается Астраханское казачье войско. Положение от 7 мая 1817 г. гласило: «1. Астраханское казачье войско составляется из астраханского казачьего полка и присоединенных к нему казачьих команд... и казачьих семейств, поселенных в местечке Дубовке и станицах Александровской и Пичужинской... 4. Управление войсками поручается войсковому атаману... 5. Войсковой атаман избирается из среды чиновников Астраханского казачьего войска и предоставляется на Высочайшее утверждение... 14. Каждому из казаков сего сословия иметь собственных верховых лошадей, к службе годных, а равномерно и собственное обмундирование и вооружение... 19. Для соблюдения в войске сем внутреннего устройства, учреждается Войсковая Канцелярия из одного непременного члена и трех ассистентов, по одному от каждого полка выбираемых на 3 года, под председательством Войскового атамана... 22. Астраханскому казачьему войску подтверждается право приумножать сословие свое рядовыми казаками из татар, киргизцев и прочих иностранцев, вступающих по желанию их в Российское подданство, равно и из других иностранцев в подушный оклад не положенных, но строго запрещается принимать казенных и помещичьих крестьян».

По причине ветхости прежних знамен войско получило четыре новых знамени: 3 полковых и одно войсковое. Казаки получили единообразную форму, сходную с обмундированием донских казаков, но с желтым цветом приборного сукна. Положение не предусматривало, сколько казаков должно быть на действительной службе, а какое число на «льготе». С 16 апреля по 16 октября обычно увольнялась одна треть людей домой с сохранением всех видов довольствия" поскольку в станицах они несли внутреннюю службу. Первым (и в течение 100 лет - последним) выборным атаманом стал войсковой старшина В.Ф. Скворцов. Происходил он из казачьих детей и с 18 лет находился на службе. Однако недостаток образования и административного опыта, а также преклонный возраст (на момент избрания ему было 57 лет), не позволили Скворцову успешно решать проблемы организации вой-ска. После его отставки в 1822 г. войско находилось под управлением астраханского коменданта. В 1826 г. наказным атаманом был утвержден генерал-майор П.И. Петров. С этого момента и вплоть до 1917 г. войско управлялось исключительно наказными атаманами. С 1832 г. Астраханский край и Астраханское войско были отделены от Кавказ-ской администрации, а в г. Астрахань назначался военный губернатор. Войско подчинялось ему как в военном, так и в гражданском отношениях.

В 1845 г. (6 января) вышло новое Положение об Астраханском казачьем войске, по которому выборы войсковой администрации отменялись, а наказной атаман назначался и увольнялся Высочайшим приказом и указом Правительствующего Сената. Управление войском поручалось Астраханскому военному губернатору, ведающему и гражданской частью, а через него - военному министерству по Департаменту военных поселений. Вместе с тем было введено выборное начало в отношении станичного правления.

Служба казаков была разделена на полевую (25 лет) и внутреннюю (5 лет). Зачисляли на службу с 17 лет, но первый год службы считался льготным: в это время молодые казаки освобождались от «силенок» или станичных повинностей и приготовляли все необходимое для службы. Служба распределялась таким образом, чтобы одна треть казаков находилась в службе, а две трети - «на льготе». Во время нахождения «на льготе» офицеры и казаки не имели права отлучаться за пределы войсковой земли. При наряде на внешнюю службу полков существовало правило назначать казаков- родственников или товарищей в одни и те же подразделения. Наряд на службу делали по очередным спискам, в которые казаки заносились в порядке возвращения их с пос-ледней службы. Для офицеров и урядников существовал войсковой список, для казаков - станичные. В случае одновременного возвращения со службы станичники бросали между собой жребий и заносились в список в порядке доставшихся им номеров. По Положению 1845 г., ввиду недостатка земель, был запрещен прием в войсковое сословие посторонних лиц.

Реформы второй половины XIX в. затронули и организационную структуру Астраханского казачьего войска. В 1861 г. управление войсками было изъято из ведения военного губернатора и передано наказному атаману, а через него - в Военное Министерство по управлению иррегулярных войск. В 1864 г. были учреждены военные округа, и Астраханское казачье войско было подчинено Казанскому округу.

29 апреля 1869 г. было издано новое Положение по Астраханскому казачьему войску. Полковое административное деление сменилось разделением на два отдела. В первый отдел входили станицы, располагавшиеся в Астраханской губернии: Красноярская, Казачебугорная, Городофорпостинская, Дурновская, Лебяжинская, Замьяновская, Сероглазинская, Косикинская, Михайловская, Копановская, Ветлянинская, Грачевская, Черноярская. Во второй отдел - станицы, находившиеся в Саратовской губернии: Царицынская, Пичужинская, Александровская, Александро-Невская, Саратовская. Каждый отдел имел свое правление: начальники отделов назначались командующим Казанского военного округа по предоставлению наказного атамана. По новому положению следственно-судебные функции из ведения войскового правления передавались в общегубернские и судебно-мировые органы, что фактически ликвидировало судебный иммунитет войска. Гражданское ведомство относилось к войску в административно-полицейском отношении как к особой губернии, в которой войсковое правление приравнивалось к губернскому. С 1880 г. наказным атаманом являлся Астраханский губернатор, что вело к слиянию губернской и войсковой администрации.

Астраханское казачье войско, как и другие казачьи войска, имело определенные привилегии: освобождение от подушной подати; от военного постоя; право на надел в 30 десятин и на исключительный лов рыбы в водах, протекающих по войсковой территории; безвозмездное получение от казны соли; право иметь своего депутата в Государственной думе; наследственность казачьего звания и др.

Но за все эти привилегии казаки расплачивались фактически пожизненной службой. В соответствии с Уставом о воинской службе от 1875 г. казаки делились на служилый состав и войсковое ополчение. Служилый состав разделялся на три разряда. Приготовительный - где казак получал предварительную подготовку к военной службе, длившийся в течение 3-х лет. С 21 года казак зачислялся в строевой разряд, из которого комплектовались строевые части. Отслужив в строевом разряде, казак переходил в запасной разряд. В мирное время казаки запасного разряда не призывались на сборы, а в случае войны - призывались по мере необходимости, начиная с младших возрастов. С 38 лет казак переводился в войсковое ополчение и до 48 лет состоял на военном учете.

Молодые люди, физически годные к войсковой службе, но по каким-либо причинам освобожденные от действительной службы в мирное время, зачислялись в льготные полки 2-ой очереди, т.е. и они не избегали военной подготовки на сборах.

Для прохождения действительной службы в Астраханском казачьем войске был учрежден трехсотенный сборный полк. Сборы же для льготных казаков назначались в наиболее свободное от полевых работ время.

Астраханское казачье войско, в отличие от исторически сложившихся природных казачьих войск Дона, Терека и Урала, являлось искусственно созданным подразделением, предназначенным для охраны южных границ России. Процесс его становления шел по инициативе и под контролем государства и представлял собой прообраз военных поселений - особой организации войск России в 1819-1857 гг.

 

Хозяйство и промыслы Астраханского казачества

 

Наделение землей астраханских казаков первоначально преследовало цель удовлетворить их потребности в сенокосных угодьях для обеспечения кормом лошадей. Жизнедеятельность самих казаков обеспечивалось хлебным и денежным жалованием. В указе об учреждении казачьего полка (28 марта 1750 г.) помимо сенокосов во владении казаков передавались рыболовные угодья: «...для пастьбы лошадей и выгона скота, отдать полку выгодные стрелецкие места, которые состоят между рек Болды и Царева и за рекою Черепахою. Особливо же на пропитание... дать им рыбные ловли... бывшие стрелецкие...».

С 1765 г. начинается расселение казаков станицами. В станицах им разрешалось пользоваться землею и рыбной ловлей на расстоянии 5 верст по Волге - по 2,5 версты вверх и вниз от станицы.

Сохранились описания станиц астраханских казаков, относящиеся к началу 70-х гг. XVIII в. «Грачевский городок или станица... имеет 50 домов, построенных в линию, окружена с четырех сторон земляным валом и рвом и защищена двумя пушками. Жилье состоит из мазанок, сделанных по образцу малороссийских, и хорошо разделенных. Жители... земледелием не занимаются, но имеют хорошие сады и несколько скота, и как посредством оных, так и содержанием почтовых лошадей и от казенного провианта живут богато». С.Г Гмелин также сообщает, что «главный их (т.е. казаков) промысел есть рыболовство и скотоводство».

Ввиду недостатка в Астраханской губернии пригодных для земледелия площадей вопрос о наделении войска установленными законом владениями не был решен вплоть до второй половины XIX в. Земельный дефицит, а также чересполосица станичных юрт с угодьями государственных и владельческих крестьян породили длительные земельные конфликты между казачеством и крестьянством. Влияние природных условий предопределило преимущественное занятие астраханских казаков рыболовством и скотоводством. Эти виды деятельности оказались наиболее эффективными для казаков, большей частью оторванных службой от хозяйства, поскольку не требовали значительных трудовых затрат, тем более, что скотоводство было отдано в руки наемных пастухов.

Земледелие у астраханских казаков в силу недостатка пригодных для хлебопашества земель играло второстепенную роль. Слабое развитие хлебопашества объясняется и примитивной системой землепользования, а также не заинтересованностью казаков в этой сфере деятельности в силу наличия более стабильных источников доходов от рыболовства и скотоводства. Землепашеством преимущественно занимались казаки станиц от Царицына до Саратова. Хотя, например, в 1849 г. казаками было засеяно под озимые и яровые 3560 четвертей зерна, собрано 8230 четвертей, однако значительная часть хлеба, особенно для казаков от Царицына до Астрахани, закупалась на войсковые деньги.

К 1825 г. Астраханское казачье войско имело в своих владениях 245720 десятин земли, из которых только 120000 были удобными для хлебопашества и заготовки кормов для скота.

Право казаков на пай в 30 десятин почти никогда не реализовывалось в связи с недостатком пригодных земель, а с ростом численности войска (за счет естественного прироста) пай неуклонно сокращался. В 1890 г. казачий пай составлял 24 десятины, а в 1913 г. уже 13,5 десятин.

Несмотря на усовершенствованный земледельческий инвентарь система землепользования была залежной и лишь отчасти трехпольной. При этом казаки не практиковали многократную обработку поля, ограничиваясь одной запашкой. В сочетании с суровыми природными условиями это вело к низким урожаям. Полеводство при таких условиях не имело большого значения и доход от него составлял лишь 12,5% от всех доходов казачьего хозяйства. С 90-х гг. все большее значение приобретают бахчеводство, огородничество и садоводство. Например, в 1890 г. бахчевых и огородных культур было продано на сумму более 10300 руб. Особенно было развито бахчеводство в станице Грачевской, где образовался «специальный арбузный промысел». Выращенные арбузы транспортировались через село Никольское и Черный Яр по всей Волге. К началу XX в. все большее развитие получает садоводство. Однако развитие огородничества и садоводства сдерживалось за счет расширения площадей под сенокосные угодья и выпас скота.

Низкий уровень земледельческого хозяйства Астраханского войска вызывал обеспокоенность Войскового правления. В связи с тем, что для расширения земельных угодий перспектив практически не было, главный упор был сделан на внедрение в хозяйство засухоустойчивых маньчжурских культур (гаолян, чумиза, китайские бобы). С 1909 г. в станицах войска ведутся опыты по внедрению новых культур, выработке наиболее рационального севооборота с чередованием местных и новых культур, прогрессивных методов обработки земли и ухода за посевами. Казаки, изъявлявшие желание в своих хозяйствах опробовать новые технологии, получали на 6 лет ссуду в 500 руб. и могли бесплатно пользоваться машинами и орудиями, получаемыми в прокатных пунктах. Под руководством инструкторов применялись улучшенная обработка почвы, машинный сев, пропашка хлебов во время роста и т.д. Несмотря на попытки проведения опытных работ, серьезного улучшения казачьего земледельческого хозяйства добиться не удалось.

Одной из ведущих отраслей хозяйства астраханских казаков являлось скотоводство. Большее развитие оно получило в станицах Первого отдела, то есть в пределах нынешней Астраханской области. На каждые 100 душ здесь приходилось 161,7 голов крупного скота и 182,3 голов - мелкого. Причем 71,1% нерабочего крупного скота составляли лошади. Скотоводству в известной степени способствовали природные условия края - пастбища на нагорной стороне и сенокосы в займищах. Однако многие станицы сильно страдали от движущихся песков засыпающих пастбищные луга. Из-за этого «скот перебиваясь на песках, до того тощает, что становится похож на скелет... Приходилось видеть, как наиболее отощавшая скотина не в состоянии была идти самостоятельно, и ее приносили к Волге на носилках». Пастухов казаки предпочитали нанимать из калмыков. Наем инородцев носил во многом патриархальный характер. В крепком казачьем хозяйстве один и тот же калмык ухаживал за скотом из года в год в течение всей жизни, часто дети заменяли умершего отца.

Скотоводство являлось не только показателем хозяйственной силы семьи, ее относительного благополучия, но и формой хозяйственных сбережений, запасным фондом, восполняющим убытки семьи от хозяйственных неудач. Потому казак и стремился развести скота как можно больше, а продавать как можно меньше. Войсковое правление стремилось проводить мероприятия по улучшению скотоводства, выделяя средства для покупки производителей улучшенных пород и организации ветеринарной службы. Особое внимание обращалось на воспроизводство лошадей, годных для строевой службы. Однако эти попытки не дали ощутимых результатов в деле улучшения племенного состава лошадей. Строевых лошадей зачастую покупали у калмыков или на ярмарках.

Главным источником дохода в низовых станицах было рыболовство. Оно давало в станицах Первого отдела до 70% всех доходов. Все воды, протекавшие в пределах станичных земель, именовались «станичными». Однако распоряжалось ими Войсковое правление. Казачье население станиц имело право на бесплатный лов рыбы в этих водах в зимнее время и во время хода сельди. В летнее время (с 15 марта по 15 ноября) казаки ловили рыбу на условиях аренды рыболовных участков на общих основаниях с лицами других сословий, либо ловили рыбу на арендаторов, обязуясь сдавать ее по определенной заранее цене (как правило, на 50% ниже рыночной). Полной собственностью станиц были станичные непроточные воды, ильмени, озера, глухие ерики, где казаки могли ловить рыбу круглый год.

Вплоть до середины XIX в. вся пойманная казаками сельдь шла на вытапливание жира. О доходности этого промысла можно судить по свидетельству К.М. Бэра: «По дороге хозяин лодки много рассказывал о лове бешенки. Сам он вытапливал 40 бочек жира и полагает, что в каждом казачьем дворе вытапливают от 30 до 40 бочек... каждый казак, от Астрахани до Енотаевска, в этом году (1856 г.) заработал около 1000 руб. в течении одного месяца». Однако жиротопление вело к нерациональному использованию рыбы. С1000 соленых сельдей можно было получить «1,5 руб. прибыли, а с 1000 рыб, пущенных на жиротопление, только по 50 коп., если считать, что из 1000 рыб получается по 2 пуда жира». Только благодаря пропагандистским усилиям К.М. Бэра хищническая эксплуатация сельди была прекращена, а на рынках России появилась соленая каспийская сельдь. Как и при занятиях скотоводством, казаки предпочитали не столько лично участвовать в лове, сколько нанимать работников, чаще всего калмыков и киргизов. Поскольку снаряжение для лова рыбы требовало довольно значительных затрат, многие ловцы-казаки подряжались к крупным промышленникам и брали у них необходимые на снаряжение деньги, но рыбу сдавали по тем ценам, которые назначали промышленники. Поэтому в 1889 г. Войсковое правление предписало образовать по станицам ссудные капиталы из станичных средств, чтобы давать ссуды на снаряжение к лову и при продаже рыбы не зависеть от перекупщиков. Кроме того, Войсковое правление постановило сдавать войсковые воды в аренду преимущественно станичным обществам, чтобы исключить возможность эксплуатации казаков-ловцов. С 1908 г. лучшие войсковые воды находились в аренде станиц Красноярской, Дурновской, Лебяжинской, Замьянской, Сероглазинской, Косикинской, Вятлянской, Грачевской. Несмотря на эти меры, в начале XX в. уловы в казачьих водах имели тенденцию к снижению из-за хищнического лова рыбы крупными промышленниками в дельте Волги.

Из промыслов, которыми занимались казаки, наиболее развитым был извозный, делившийся на пассажирский и ломовой. Пассажирским извозом, как правило, занимались казаки городских и пригородных станиц. Казаки низовых станиц занимались чумачеством, перевозя грузы и рыбу в Царицын. Гораздо большее значение имел извоз для станиц II отдела (от Царицына до Саратова), особенно для станиц Пичужинской, Царицынской и Саратовской. Здесь этот промысел для многих казаков являлся главнейшим и почти единственным источником существования. Определенный удар по этому виду промысла нанесло строительство железной дороги.

Несмотря на рыболовецкую специализацию казачьего хозяйства, ни в одной из станиц не было заведений, занимающихся бондарным промыслом и изготовлением лодок. Часть казаков и казачек нимались на рыболовные промыслы или поступали по вольному найму в конно-полицейские команды. Промышленные заведения в станицах носили в основном перерабатывающий характер, причем принадлежали они, как правило, лицам невойскового сословия. Характерной чертой промышленной деятельности у казачества было стремление заниматься таким ремеслом, которое не требовало никаких специальных знаний и обеспечивало повседневные нужды казаков. Самыми распространенными среди них были кузнечное, сапожное и портупейское ремесла. Торговля занимала опосредованное место в хозяйственной деятельности казаков, ей занимались лица не войскового сословия.

Несмотря на низкую производительность хозяйства, социальная дифференциация в казачьем обществе шла довольно медленно. Несмотря на достаточно четкое размежевание станичных обществ на «группы богатеев и малоимущих представителей», батрачеством занимались не более 1,7% от войскового населения. В конце XIX в. рас-пространенным среди казаков становится такое явление как сдача земельных паев за ссуду. Это свидетельствало о снижении жизненного уровня назших и средних слоев казачества. Сдача паев практиковалась либо при их избытке, либо при невозможности обрабатывать свой пай собственными силами. Явление это приобрело такое распространение, что появились скупщики паев, занимавшиеся их перепродажей, но не в собственность, а в пользование. Если же казак потерял все источники дохода и передал свой пай в аренду, он имел возможность получить землю при новом переделе и при благополучном финансовом положении мог снова стать хозяином. Кроме того, важным фактором, гарантировавшим жизнеспособность казаков, являлось право не платить подушную подать.

Внутренняя служба Астраханского казачьего войска

 

            С момента образования главной функцией астраханского казачества была охрана границ, обеспечение безопасности Московского тракта и солепромыслов, защита русских поселенцев и российских подданных - калмыков и ногайцев от набегов киргиз-кайсаков (так в те времена именовали казахов). Хотя с 30-х годов XVIII в. казахи считались русскими подданными, однако, учитывая их «легкомысленные предерзости», приходилось постоянно «иметь предосторожность и неусыпный и беспрерывный всегда разъезд». Киргизцы были «столь охочи и привычны к набегам, что несмотря на крепости и форпосты в низовьях Урала, продолжали свои набеги, в особенности зимою, когда Каспийское море в его северной части замерзало». Они угоняли скот, грабили солепромыслы и рыболовные ватаги, а людей, захваченных в плен, продавали на невольничьих рынках Средней Азии (в 1722 г. в Бухаре находилось свыше 5000 русских пленников). Даже в середине XIX в. в Хиве ежегодно продавалось до 500 русских, попавших туда не без помощи казахов. В 1746 г. под Красным Яром казахи захватили в плен 700 калмыков. Зимой 1747 г. они повторили набег, но калмыки своевременно ушли, а на обратном пути, при переправе через Урал, казахи были атакованы казачьим отрядом и почти все уничтожены.

С уходом в 1771 г. значительной части калмыков за Волгу усилились казахские набеги на русские селения и рыболовные ватаги. В декабре 1773 г. «...киргиз-кайсаки во множественной силе разбили форпосты и переходили через Волгу на нагорную сторону и находящихся по речкам на хуторах людей многих побили, а прочих в плен побрали, равно лошадей и скот угнали...». Для противодействия казахским набегам по луговой стороне Волги на форпостах предписывалось содержать по 30 человек казаков, а в общей сложности для этих целей было рассосредоточено по станицам 330 казаков. Более надежно прикрыть границы от Царицына до Астрахани стало возможным со 2-й половины 60-х гг. XVIII в., когда была создана цепь станиц Астраханского казачьего полка. Однако в зимнее время казахи продолжали совершать разбойничьи набеги. В январе 1783 г. около сотни казахов напали на Белужинский промысел купца Пустошкина. Ловцы сумели спастись, но разбойники угнали 30 лошадей. Большой переполох вызвало в том же году сообщение бежавшего из киргизского плена калмыка Кобеня о том, что через Урал перешло до 1300 киргиз-кайсаков, из которых до 1000 человек вооружено. 21 февраля 1782 г. губернатором был отправлен приказ «в поселенные астраханского казачьего полку в станицы... не мешкая из каждой отправить по 15 человек казаков при одном уряднике в Астрахань...». Оставшиеся на местах казаки должны были круглосуточно контролировать территорию по луговой стороне от Черного Яра до Астрахани и отгонять киргизов в степь.

Весной 1790 г. крупные банды киргизов нападают даже на кордонные посты. О серьезных вооруженных столкновениях с разбойничьими группами киргизов-кайсаков свидетельствуют выдержки из формулярного списка будущего атамана Астраханского казачьего войска В.Ф. Скворцова. «В кордонской страже в 1796 г. разбил в Рын-песках киргизскую воровскую в 300 человек партию, стремившуюся на разорения дербетовских калмыков, там кочующих, и взял 14 человек в плен. В 1797 г. преследовал и разбил близ р. Урал киргизскую воровскую партию, захватившую в плен от крепости Узеньской российских людей, отбил оных; возвратясь оттоль, тогож года при урочище Сертлих под командою генерал-майора Попова истребил киргизскую воровскую партию... и отбил 3-х человек российских пленников».

Перманентная война в междуречье Волги и Урала продолжалась до 1862 г. Не надолго успокоило казахов и разрешение султану Букею поселиться с 1801 г. на русских землях. Султан не только не был в состоянии держать в узде своих подданных, но и был столь «любим» своим народом, что не мыслил спокойной жизни без казачьей охраны первоначально в 25 человек, а затем по его же просьбе доведенной до 50 человек. В правление султана Сыгая команду довели до 100 казаков и 50 калмыков при 2-х орудиях. Слабость правителей Букеевской орды привела к мятежу в 1837 г., поднятому Исатаем Таймановым и Махам-бетом Утемисовым. Казалось, вернулись самые темные времена казахских разбоев. Шайки мятежников вновь вернулись к грабежу русских селений, нападениям на форпосты и заставы. Для наведения порядка в Букеевской орде пришлось мобилизовать достаточно значительные силы, включая и астраханских казаков. Триста казаков при одном орудии под командованием подполковника Алеева за 9 дней прошли более 350 км, в боях разбили мятежников и через 2 месяца, после восстановления спокойствия, вернулись обратно. Толко увеличение в Заволжье русского населения привело к окончательному замирению казахов и упразднению казачьих кордонов с 1862 г.

Наряду со службой в Заволжье в летнее время цепь казачьих застав перемещалась с луговой на нагорную сторону реки Волги.

В постановлении Астраханской губернской канцелярии от 1761 г. говорилось: «...для лучшего воровских подбегов искоренения и для сохранения подданных Ее императорского Величества ниже Царицына при Волге находящихся и между Астрахани и Кизляра ездящих... иметь разъезд». Помимо службы на форпостах, казаки участвовали в охране рыбных промыслов на Каспийском море. Упоминавшийся выше есаул В.Ф. Скворцов в 1806-1807 гг., командуя отрядом казаков при охране Эмбенских промыслов, «нашел киргизские воровские партии в лодках... вступил с ними в действительное сражение, и, несмотря на превосходство сил их, разбил оных, отнял у них одну лодку и одну медную пушку, взял в плен 16 человек и остальных принудил обратиться в бегство; за что 26 ноября 1807 г. награжден кавалером ордена св. Анны 3-го класса». Надо отметить, что пограничная служба казаков тесно переплеталась с охранными функциями на московском тракте и вдоль Волги, поскольку Нижнее Поволжье издавна было притягательно для разного рода «гулящих людей». Только в январе 1770 г. было ликвидировано 5 банд общим числом в 49 человек. Даже много позже, в 1831-34 гг., когда шайки «гулящего люда» значительно сократились, было задержано 149 человек бродяг, разбойников и дезертиров.

Помимо сторожевой службы, на казаках лежала охрана почты и курьеров, обеспечение карантинной службы в случае эпидемий. В 1807 г. во время чумы в Астрахани для обеспечения карантинных мероприятий и ввиду назревавших беспорядков, в город было введено 500 казаков. Идентичные мероприятия были проведены во время эпидемии холеры в 1892 г.

В Астрахани, Саратове и некоторых уездах казаки несли конно-полицейскую службу. В начале XIX в. конный наряд казаков в Астрахани доходил до 60 человек. Служба заключалась в объездах города, для чего в каждый полицейский участок ежедневно назначалось по 4 казака. Кроме того, ежедневно назначались по два конно-вестовых казака к губернатору и полицмейстеру. Правда, в 1878 г. постоянная казачья конно-полицейская команда была ликвидирована, но в критических ситуациях казаки попрежнему привлекались к охране правопорядка.

 

Участие Астраханских казаков в военных конфликтах России

 

            С начала XIX в. Нижнее Поволжье быстро теряет статус пограничного региона России, и астраханские казаки привлекаются к охране границ на новых рубежах. С 1823 по 1831 гг. на Кавказской линии находился сборный пятисотенный полк астраханских казаков. Они участвовали в боях с горцами, экспедициях в Баксанское ущелье и вглубь Северной Осетии.

В 1863 г. на Кавказ была направлена отдельная сотня под командованием есаула Алеева. Она была прикомандирована к третьему эскадрону легендарного Нижегородского драгунского полка. В течение года службы в западной части Северного Кавказа астраханцы участвовали в стычках с горцами и в ликвидации враждебных аулов. В январе 1864 г. проводили рекогносцировку Убыхского перевала. По окончании службы на Кавказе все казаки сотни были награждены серебряной медалью «За покорение Западного Кавказа» и бронзовым крестом «За службу на Кавказе». 12 человек заслужили Георгиевские кресты, а есаул Алеев произведен в войсковые старшины.

          С расширением границ Российской империи в Средней Азии астраханские казаки привлекаются к службе на новых рубежах. В 1876 г. Первая сотня Первого полка под командой есаула Щербакова была откомандирована на службу в Туркестан. Сотня прибыла в Коканд и была зачислена в состав войск Ферганской области под начало генерал-майора М.Д. Скобелева.  Однако принять участие в боях под началом известного генерала астраханцы не успели. Началась долгая и трудная служба на отдаленном пограничье.

В июне 1877 г. астраханская сотня участвовала в обеспечении переговоров с китайцами по поводу уточнения границы в Алайских горах, на перевале Талдык. Поход был крайне труден в условиях заснеженного высокогорья; от недостатка воздуха казаки теряли сознание, но все же задача была выполнена. Лишь в 1881 г. сотня вернулась на родину, после пяти лет бессменной службы. В 1906 г. все казаки Первой сотни были награждены медалью «За походы в Средней Азии». Сходство природных условий нижневолжских пустынь и Средней Азии диктовало необходимость использования в этом регионе астраханских казаков, привычных к службе в условиях жары и безводья. В 1887 г. в Закаспийскую область были откомандированы две казачьи сотни под командованием есаулов Свекольникова и Чернецова. Местом их дислокации являлся укрепленный пункт Керки. В конце 1896- нач. 1897 г. сотни несли кордонную службу на границе Афганистана от появив-шейся в Индии чумы, не допуская перехода людей, скота и провоза товара. В августе 1897 г. казаки были переведены в пределы Хивинского ханства. Служба здесь заключалась в борьбе с шайками разбойников, в обеспечении спокойного передвижения караванов, в охране мирной жизни местного населения и русских поселенцев.

В 1901 г. велась опасная охота за бандой некоего Кара-Калы Кисова. Отряд подъесаула Станкевича, пройдя за 6 суток 400 верст, сумел настичь шайку в ауле Тамды. Главарь попытался бежать, но казак Рукавишников сумел его обезоружить, вырвав на скаку винтовку, и схватить. Двадцати разбойникам все же удалось бежать, и их преследовал подъесаул Станкевич с 6-ю казаками. Банду настигли у границ бухарских владений, но взять не смогли. Через несколько дней, в бухарских владениях догнали и остальных разбойников. В результате перестрел-ки часть банды была уничтожена, а уцелевшие - пленены. За эту операцию подъесаул Станкевич был награжден орденом Св. Владимира 4-й степени, а казаки - медалями «За храбрость» на Георгиевской ленте 4-й и 3-й степеней. В свою очередь, эмир бухарский наградил офицеров орденом «Бухарской звезды», а рядовых казаков медалями.

За длительную историю войска астраханским казакам довелось принять участие не только в пограничных стычках и погонях, но и в больших войнах.

           В 1736-1737 гг. казаки Саратовской и Черноярской команд в составе войск генерал-фельдмаршала Ласси приняли участие в войне с Турцией 1735-1739 гг. В мае 1736 г. пал Азов, а летом 1737 г. Ласси двинулся в Крым. Татарское войско ждало его у Перекопа, но русская армия проникла на полуостров через Сиваш и по Арабатской стрелке. У местечка Карасубазар крымцы были разбиты. В бою отличились многие казаки-астраханцы.

В 1796 г. часть астраханских казаков участвовали в очередной русско-иранской войне. В составе русской армии под командованием В. А. Зубова астраханцы приняли участие в сражениях при взятии Дербента, Баку, Кубы и Шемахи.

Славной страницей истории астраханских казаков является их участие в Отечественной войне 1812 г. Ввиду малочисленности астраханского казачьего полка и острой необходимости во внутренней службе на кордонах, полк к боевым действиям не привлекался. Однако часть казаков воевала в составе калмыцких полков. Еще в апреле 1811 г. был издан именной указ, где говорилось: «Для усугубления армии нашей легкими нерегулярными войсками желательно составить два калмыцких пятисотенных полка из орд, обитающих в Астраханской, Саратовской и Кавказской губерниях и в пределах войска Донского...». В каждый из этих полков было назначено по 5 урядников и 10 казаков астраханского полка, которые должны были «хорошо знать калмыцкий разговор и распределялись по полкам поровну для показа калмыкам порядка казачьей службы, присмотра за ними и других употреблений». В составе первого полка под командой князя Джомбо Тайши Тундутова астраханцы с 8 по 18 августа 1812 г. участвовали в стычках с французами, противодействуя их переправе через р. Буг. В сентябре 1812 г. преследовали противника от р. Стырь до Брест-Литовска. В кампании 1813 г. совершили поход на Варшаву и с 17 марта по 28 августа находились при осаде крепости Модлин.

Второй полк под командой Серебджаба Тюменя 18 июля рассеял Саксонский драгунский эскадрон, показав способность иррегулярной кавалерии успешно сражаться с тяжелой конницей противника. В течение 1813 г. полк Тюменя преследовал французов до Кракова; 4-7 октября участвовал в «Битве народов» при Лейпциге, а затем гнал противника до Рейна. Двигаясь в авангарде союзных войск, полк в 1814 г. вступил в Париж, и улицы французской столицы увидели не только калмыцких воинов, но и астраханских казаков. Все участники войны были награждены медалью «В память Отечественной войны 1812 г.». Девять казаков заслужили право носить серебряную медаль «За взятие Парижа 19 марта 1814 г.». Три урядника - Сережников, Тетерин и Вязигин получили офицерские чины. В 1826-1828 гг. до 300 астраханских казаков в ходе русско-иранской войны отразили нападение на крепость Сальяны, а в русско-турецкой войне 1828-1829 гг. сотня астраханцев участвовала в боях у крепости Кюстенджи, а также в осаде и взятии Варны. Однако главной задачей астраханских казаков в этих конфликтах была охрана воинских караванов с оружием. В Крымскую войну 1853-1856 гг. пятисотенная команда находилась на службе в городе Петровске, противодействуя набегам мятежных горцев Шамиля.

Но звездным часом боевой истории Астраханского казачьего войска стала русско-турецкая война 1877-1878 гг. 26 июля 1877 г. было оглашено Высочайшее повеление о снаряжении на службу первого полка (получил наименование 2-ой полк), а 5 августа - и о формировании второго полка (наименовался 3-й полк). Оба полка направлялись на кавказский театр боевых действий. Второй полк находился под командованием полковника Э.В. Адеркаса, участника Венгерской, Крымской и Польской кампаний, а Третьим полком командовал Е.П. Кондратенко - ветеран боевых действий в Средней Азии. 19 сентября 1877 г. Второй полк прибыл в отряд генерала Шатилова, а 3 октября принял участие в Авлиар-Аладжарском сражении. Часть турецкой армии была окружена и пленена, а часть, во главе с Мухтар-пашой, бежала в Каре. Потери турок составили до 20 тыс. человек, т.е. три четверти от численности армии.13 С 8 октября 1877 г. полк участвовал в блокаде Карса в составе сводной кавалерийской дивизии князя Щербатова. В ходе осады казаки не раз вступали в ожесточенные перестрелки с против-ником, а 15 октября отразили вылазку турок. В ночь перед штурмом крепости отряд Щербатова расположился к западу от Карса, прикры-вая эрзерумскую дорогу. Ночью с 5 на 6 октября начался штурм, а уже утром показались толпы бегущих турок. Деморализованные, раздроб-ленные на отдельные группы, они стали легкой добычей казаков, час-тью были истреблены, а частью - пленены.

Третий полк входил в состав Эриванского отряда, находясь в кавалерийской колонне Кебулай-хана нахичеванского. 14 октября первая сотня под командованием сотника Станкевича сбила турецкую засаду в Кара-Дербетовском ущелье. Отряд турок был ликвидирован столь стремительно, что уцелевшие даже не смогли оповестить своих об утрате позиций. В ночь с 16 на 17 октября астраханцы внезапно ворвались в город Гасан-Кала. Противник в панике бежал, бросая обозы, раненых и оружие. 18 октября весь Эриванский отряд был сосредоточен у горы Деве-Бойну. Деве-Боинская позиция закрывала доступ к Эрзеруму и была хорошо укреплена. Однако значительная ее растянутость по фронту не давала возможности туркам добиться достаточной плотности войск. 23 октября русские перешли в наступление. Крутые склоны гор вынудили казаков вести атаку в пешем строю. Огонь противника был очень силен, но, к счастью, некачественные взрыватели турецких снарядов не давали разрывов на рыхлой почве. В противном случае потери русских были бы весьма велики. К ночи турки удерживали лишь отдельные опорные пункты, но утром 24 октября капитулировали. Потери турок составили до 7 тыс. человек, русских -около 1000. Однако медлительность русского командования привела к утрате возможности овладеть Эрзерумом с ходу. Началась длительная блокада и астраханцы успели принять участие в стычках с турками на подступах к крепости. К счастью для астраханцев, им не довелось зимовать под Эрзерумом, где от тифа погибло до 20 тыс. русских солдат. 30 октября полк в составе колонны полковника Самойлова выступил в Баязет, где и пробыл до конца войны. Участие Второго и Третьего астраханских казачьих полков в войне 1877-1878 гг. было отмечено пожалованием знаков отличия на головные уборы с надписью «За отличие в Турецкую войну 1877 и 1878 годов». 55 казаков стали Георгиевскими кавалерами, причем вахмистры Калинкин и Изюмский дважды, а казак Лепилкин получил свой крест лично из рук Кавказского наместника Великого князя Михаила Николаевича. Все казаки и офицеры получили светло-бронзовую медаль в память о Турецкой войне, а принимавшие участие во взятии Карса - серебряную медаль.

В период русско-японской войны Астраханскому войску пришлось потрудиться на внутреннем фронте, обеспечивая порядок в условиях разгоревшейся революции. На театр военных действий отправились добровольцы - офицеры: А.А. Усынин; Н.И. Аратовский; И.Г Самсонов; И.Н. Собакорев-Матвеенко; ГА. Щербаков; В.В. Разгонов, сражавшиеся в составе Забайкальских, Сибирских и уральских казачьих формирований.

Последней войной с внешним врагом, в которой участвовали астраханские казаки, была Первая мировая. Астраханцы выставили на войну 2600 человек в составе 3-х полков; одного гвардейского конного взвода Лейб-гвардии Сводно-казачьего полка; одной особой сотни и одной конно-артиллерийской батареи. В ходе Первой мировой войны была нарушена традиция направления астраханцев на Кавказский театр - все формирования астраханских казаков сражались на Западном фронте. После 1917 г. славная боевая история Астраханского казачьего войска оказалась прерванной. Большая часть казаков сражалась в составе Кавказской армии генерала Врангеля, что предопределило ликвидацию Астраханского казачества, как, впрочем, и других казачьих войск России.